Гв. Краснознаменная подводная лодка "Щ-402",22.6.41-21.9.44

Модератор: Вадим

Ответить
Крылова Светлана
гвардии рядовой
Сообщения: 28
Зарегистрирован: 05 дек 2015, 13:28
Откуда: г. Череповец, Вологодская обл.

Гв. Краснознаменная подводная лодка "Щ-402",22.6.41-21.9.44

Сообщение Крылова Светлана » 30 дек 2015, 15:00

Фото: . Моряки советской подводной лодки Щ-402(серии X -щука) со щенком. Июнь-август 1943.В 1943 г. стала Гвардейской Краснознаменной. Полярный, Мурманская обл.
Заполярье. Моряки советской подводной лодки Щ-402(под лодка серии  X -щука)  со щенком. июнь-август 1943.В 1943 г. стала Гвардейской Краснознаменной. Полярный, Мурманская обл..jpeg
Бывший командир бригады подводных лодок контр-адмирал И. А. Колышкин в своих мемуарах так отозвался об экипаже «Щ-402»: «Представители девяти разных национальностей в небольшом коллективе из сорока пяти человек! И все живут дружной, единой семьей, сплоченной в трудной и опасной борьбе с ненавистным врагом».
В сентябре флот готовился к разгрому врага в Заполярье. В соответствии с общим планом Петсамо-Киркенесской наступательной операции намечалось усилить действия североморцев на морских коммуникациях противника. В этих боях на Севере участвовала и «Щ-402». Это был самый напряженный период в боевой деятельности подводных лодок Северного флота в 1944 г.
В сентябре бригада потеряла — гвардейскую Краснознаменную «Щ-402», которой командовал капитан 3 ранга А. М. Каутский.
“На Северном флоте”, - отметил Герой Советского союза вице-адмирал Г.И.Щедрин, - «Щ-402» погибла последней, зато первой она была почти во всем”. За всю историю Советского флота только 4 корабля стали Гвардейскими и Краснознаменными. В их числе -«Щ-402»”.

Экипаж «щуки» отличался исключительной сплоченностью, крепкой морской дружбой и храбростью, активностью в поиске врага и точностью атак. Но этот шестнадцатый его боевой поход оборвался трагически — «Щ-402» была потоплена своим самолетом-торпедоносцем, который не получил извещения о действиях лодки в районе его полета.
“Щ-402” находилась в назначенном ей районе действия и вела поиск противника рекомендованным командованием способом - в позиционном положении, когда на поверхности видна только рубка лодки, и без хода, чтобы экономить энергию для торпедной атаки. Отдельно назначались свои районы действий и для других сил ударной авиации и надводных кораблей. Районы эти строго разграничивались, и капитан Протас (а не Протасов) получил приказа лететь в район действий ударной авиации, находившейся на большом удалении, чем район действия подлодок. Именно потому, что по условиям обстановки, сложившейся на Северном флоте в 1944 году, наши самолеты пролетали над районами действий подлодок, командование запретило авиации атаки любых (любых!) подводных лодок в этих районах. Поэтому слова “летчик не имел оповещения” не просто неточность: летчик и не должен был иметь никакого оповещения. Больше того, обнаружив лодку, “в этом районе”, летчик должен был, не меняя курс и скорость, пролететь мимо.
Дело в том, что наша авиация на Севере имела в 1944 году полное превосходство в воздухе: 740 самолетов против 136 немецких. Создались условия для организации оперативного и тактического взаимодействия подводных лодок, авиации (раведывательной и ударной) и надводных кораблей (торпедных катеров) против конвоев врага, к чему командование флотом стремилось всю войну. С января по сентябрь 1944 года было проведено 7 операций разнородных сил под кодовым наименованием “РВ”. Подводные лодки стали действовать группами в одном районе с самолетами-разведчиками и при получении от них ( или от берегового командного пункта) сведений о конвое выходили по нему в атаку, что обеспечивало нанесение максимальных потерь фашистам. Чтобы избежать роковых случайностей, всем силам флота во время операций запрещались атаки любых подводных лодок. Все детали взаимодействий отрабатывались на тактических учениях. Особое внимание уделялось в учебе опознанию самолетов и быстрой связи с ними. Для обмена опытом подводники и авиаторы приезжали друг к другу, а в открытых письмах через газету высказывались четко: “Будем совершенствовать, и отрабатывать практику тактического взаимодействия”. И цель была достигнута. Несколько раз удавались последовательные удары лодок, торпедоносцев и катеров по одному и тому же конвою, а однажды - одновременный удар самолетов и катеров по конвою в Варашеф-фиорде.
При таком характере действий встречи наших лодок со своими самолетами были частыми, а с самолетами противника, даже у его берега, менее вероятными.
Поэтому подлодки, имея возможность, вследствие своей меньшей заметности обнаружить самолет раньше, чем он мог обнаружить лодку, не спешили погружаться, а старались самолет опознать. Если сразу опознать самолет не удавалось, лодка срочно погружалась. Если надежно было видно, что самолет свой, лодка не прерывала поиск, оставаясь в надводном положении.
Рассказывая о Щ-402, Г.И.Щедрин уточнял: “все мы - подводники, отлично знали силуэты своих самолетов, летчики знали силуэты подлодок. И так давно взаимодействовали друг с другом, что мы, обнаружив их, не погружались, а они, увидев нас, не меняли курс. Им было запрещено атаковать подводные лодки. Этот приказ был широко известен на флоте... «Щ-402» видела самолет, опознала его и спокойно продолжала вести наблюдение, так как самолет не менял курса и скорость. Когда на «Щ-402» увидели, что самолет выходит в атаку по ней, то с мостика отдали приказ: “Срочное погружение!”, однако погрузиться не успели!

За всю войну на Севере достоверно известен только один факт потопления нашей лодки авиацией противника.
В оперативной сводке штаба ВВС Северного флота об этом сказано так: “21 сентября 1944 года в 06.42 на траверсе мыса Гамвик, 10 км на Север, одной торпедой летчик капитан Протас с дистанции 600 м, высота 30 м, атаковал подводную лодку в позиционном положении, ход незначительный. Получив сообщение от экипажа, развернулся и торпедировал. Подлодка погрузиться не успела. Экипаж наблюдал сильный взрыв. При втором заходе на месте подлодки видели дым и огромное круглое пятно. По докладу экипажа и на основании дешифровки фотоснимка подводная лодка потоплена. На снимке видна рубка нашей подлодки типа “Щ”. Находящаяся в том районе подводная лодка на запросы не отвечает. Вероятно, потоплена наша подлодка. Погода: высота облаков 600-1500 м, видимость 10-20 километров”.
Когда на практически неподвижную цель с расстояния 600 м идет авиационная торпеда, погрузиться или уклониться невозможно. Не было плохой организации службы на подводной лодке, было непредсказуемое поведение летчика, нарушившего боевой приказ. Он не долетел до назначенного ему района действий и атаковал подводную лодку, хотя атаки лодок были запрещены. Он с дистанции пистолетного выстрела не сумел опознать свой корабль, хотя в штабе по фотоснимку это сделали сразу. Это тем более трудно объяснить, что Протас был заместителем командира эскадрильи, летал достаточно много, в том числе 15 и 16 сентября. Он должен был учить подчиненных, в том числе взаимодействию с подлодками...

Дальнейшая его (капитана Протаса) судьба такова. 27 сентября Протас снова пошел на задание. Самолет с задания не вернулся. Весь экипаж погиб, кроме Протаса, который оказался в плену у немцев. Личное оружие, опять же в нарушение боевого приказа, он в полет над вражеской территорией не взял и сопротивления фашистам не оказал, хотя ранений и контузии не имел, что известно из его же объяснительной записки. После возвращения из плена он был направлен в авиацию Черноморского флота, но в апреле 1946 года исключен из партии, понижен в должности и вскоре уволен из ВМФ.
http://www.moremhod.info